Блондинка из Пекина
– Благодарю за помощь, док. Я приду к вам еще раз, когда получу заключение нашего
эксперта. Мы избавим вас от этой беспокойной больной, как только появится хоть какая-то
возможность.
Полчаса спустя Вольверт вошел в помещение, предоставленное в распоряжение Дорна
доктором Форрестером. Там уже был О'Халлаген.
– Ну что? – спросил Дорн, поднимаясь.
– Вне всяких сомнений, эта женщина была любовницей Кунга. Я достаточно часто видел
его инициалы, чтобы не ошибиться. Да и цвет татуировки весьма специфичен, так что его
практически невозможно подделать.
– Практически? – переспросил Дорн, пристально глядя на Вольверта.
– Может быть, какой-нибудь выдающийся мастер и смог бы это сделать, но я сильно
сомневаюсь в такой возможности. Мое «практически» означает «абсолютно». Я поставил бы
свое жалованье на то, что в данном случае речь идет об Эрике Ольсен.
– Ну что же, – проговорил Дорн, оглянувшись на О'Халлагена. – Наблюдайте за ней
повнимательнее. Я сообщу в Вашингтон. Мы не можем ничего предпринять, не получив
санкцию оттуда… Жаль, конечно, терять время. Но дело слишком важное. Слишком…
– Можете не сомневаться, здесь она будет жива и невредима, пока не понадобится вам.
Но, говоря это, О'Халлаген не брал в расчет приезд Малиха. Когда после приземления
русского в Париже шеф английской разведки узнал, что его агент обведен вокруг пальца, он
был так взбешен, что решил больше ни о чем не информировать американцев. Так уж
получилось, что самый опасный из русских агентов совершенно свободно разгуливал по
столице Франции, а ЦРУ совершенно про это не знало. Если бы необходимая информация
своевременно поступила бы к О'Халлагену, Эрику охраняли бы намного бдительнее.
Когда в дело вступал Малих, никакие предосторожности не были излишними.
* * *
В начале седьмого вечера тщедушный человечек вошел в магазин Саду Митчелла. В руке
посетителя был небольшой потрепанный чемоданчик с металлическими уголками. Его
маленькие черные глазки бегали из стороны в сторону. Ему было девятнадцать лет, хотя он и
выглядел на все тридцать. Это был Жожо Шанди. Он родился в Марселе, его отец был
сутенером, а о матери вообще ничего не было известно. Десять лет спустя отца зарезали, хотя
Жожо особенно этому не опечалился. Он честно зарабатывал себе на жизнь, работая зазывалой
у проститутки-негритянки, чья выдающаяся профессиональная техника снискала одновременно
и восхищение юного оборванца, и верность клиентов.
Страница:
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
32
33
34
35
36
37
38
39
40
41
42
43
44
45
46
47
48
49
50
51
52
53
54
55
56
57
58
59
60
61
62
63
64
65
66
67
68
69
70
71
72
73
74
75
76
77
78
79
80
81
82
83
84
85
86
87
88
89
90
91
92
93
94
95
96
97
98
99
100
101
102
103
104
105
106
107
108
109
110
111
112
113
114
115
116
117
118
119
120
121
122
123
124
125
126
127
128
129
130
131
132
133
134
135
136
137
138
139
140
141
142
143
144
145
146
147
148
149
150
151
152
|
